суббота, 6 февраля 2021 г.

Дитя гор. Советский юмор

советский юмор

Дитя гор. Советский юмор

"Юность", 1975 год

Из "зеленого портфеля" Галки Галкиной


Галка Галкина, у которой "зеленый портфель".  Помните? Страшненькая, но милая. Главное, с юмором...


ДИТЯ ГОР
Он спускался с неприступного ледника, с горных вершин, на которые не ступала еще нога альпиниста.  Шерсть порывала его могучее тело. Через плечи была переброшена наследственная шкура, сорванная некогда лихим предком с натурального мамонта. Острые когти босых ног держали его на склонах надежнее металлических «кошек». Играючи он перепрыгивал через зияющие пропасти и трещины, как через лужи.
Кончились льды. Так далеко он еще никогда не заходил, разве что воровать овец... Но сейчас ему было не до них. В его доисторическом черепе впервые за 500 лет мелькнула мысль. Что было этому причиной – украденный ли у альпинистов транзисторный телевизор, опостылевшее ли одиночество (все его сородичи уже давно вымерли), - сказать трудно. Но эта появившаяся неизвестно откуда мысль встревожила его несознательное бытие и погнала к людям.

Чабан, долгожитель Ибрагим, пристально разглядывал пришельца. Много разных туристов повидал на своем веку старец.
- Хиппи- шайтан! Стиляга – шайтан! – сурово осудил его Ибрагим. – Овца такой турист видит – пугается, худеет, колхоз план не выполняет. Хиппи-шайтан!

К вечеру он спустился до высокогорного кафе. И тут он увидел её. Ту, кем часто любовался на экране украденного телевизора и по ком тоскливо выл ночами.
Покачивая бедрами, туго обтянутыми эластиком, она подплыла к нему. Нежная и белая мечта стояла рядом и держала в зубах белую косточку. Только протяни руку... Ему стало так хорошо, как будто он чесал спину о камни. Расчувствовавшись, ласково заурчал.
- Пойдем отчебучим, что ли? – небрежно спросила мечта, выплевывая белую косточку. Вдруг изо рта её повалили дым...

С жалобным визгом выскочил пришелец из кафе и на четвереньках поскакал вниз от огнедышащей мечты, пока не достиг равнины, застроенной каменными коробками. С перепугу он вскочил в одну из них и – надо же так случиться! – сразу попал в квартиру небезызвестного этнографа профессора Закутарова, одного из немногих научно верующих в существование «Снежного человека» Закутаров в данный момент творчески храпел на своей железной кровати.
Отдышавшись, беглец подошел ближе и стал разглядывать спящего. Он часто видел его в горах. Этот  бородач печально бродил по вершинам, словно что-то там потерял. Закутаров перевернулся на другой бок и промычал: «Где же ты, алмасты, отзовись! Хр-р!»
- Ал-мас-ты! – заревел алмасты.
Профессор широко раскрыл глаза, посмотрел на волосатое чудовище и закричал:
- Перестаньте меня разыгрывать! Я уже сыт по горло такими шуточками! – Он ткнул в стенку пальцем, и тысяча солнц осветила пришельца. – Я вас узнал! – еще громче закричал Закутаров. – Вы мой теоретический противник Петров! Вы не верите в существование снежного человека. Вон отсюда!!!
Алмасты быстро юркнул под кровать.
- А ну-ка, выходите, поговорим по душам... Закутаров встал, прошелся по комнате и угрожающе скрипнул бицепсом.
Гость, привыкнув к свету, выпрямился, поднялся во весь рост с железной кроватью на могучих плечах.
Закутаров сразу же успокоился. Между хилым Петровым и этим волосатым атлетом с фантастической мускулатурой не было ничего общего.
- Садитесь, пожалуйста, вежливо сказал Закутаров, с опаской поглядывая на него.
Алмасты, ежедневно общаясь с украденным телевизором и слушая песни альпинистов, привык к человеческой речи и сейчас тонким чутьем, доставшимся ему от предков, понял, что его не будут бить, и что этому бородатому коротышке можно не проламывать череп.
Дружелюбно рыча, не снимая кровати с плеч, он сел на пол.
- «Наверно, какой-нибудь спортсмен пьяный заблудился», - подумал Закутаров.
Пришелец перестал грызть кровать. В его черепе снова зашевелилась мысль.
- Шайбу! – заревел он. – Ну, заяц, погоди! Штирлиц! – изрыгал он слова, заученные из телевизора. – Пан Зюзя! Гелена Великанова! Люблю! – и запел мелодию, которой в программе «Время» сопровождалась сводка погоды.
- «Что за бред? Ну и видик у него!.. – думал учёный, присматриваясь к пришельцу внимательнее. – Череп, шкура, клыки... Очень напоминает мой эскиз снежного человека, который так бессовестно высмеял Петров на ученом совете. Всё-таки это его проделка. подговорил какого-нибудь штангиста переодеться, а сам с друзьями под окном со смеху закатывается. Не на того напали!...»
- Так, значит, вы кто? – ехидно спросил алмастовед.
- Ал-маа-сты-ы-ы!
- А почему не Юлий Цезарь?
Алмасты молчал.
- То-то! И поставьте кровать на место! Не в цирке!.. А Петрову вашему передайте, что я на такие штучки не клюю. Пусть он так своих аспиранток развлекает. А вам должно быть стыдно! На вид такой интеллигентный человек...
«Интеллигентный человек», раскрыв клыкастую пасть, восторженно слушал профессора.
- Курить будете? – спросил Закутаров. – И правильно делаете, что не курите. Здоровье сохраните...
Мифический житель гор с ужасом наблюдал, как этот человек засунул себе в рот белую косточку, которую он уже сегодня видел у своей белокурой мечты, как взял в руки маленькую коробочку, из которой вдруг выскочил огненный язычок.
Взревев, снежный человек отшвырнул кровать и выпрыгнул в окно.
«Странный юноша, - подумал профессор, - наверное, стыдно стало...»

Алмасты мчался по горам со скоростью легкового автомобиля, обгоняя ползущих на подъем альпинистов.
- Хау экспрессив! – Браво-брависсимо! – восхищались иностранцы.
- Вот пижон! Заслуженного захотел получить! – возмущались местные инструкторы.
... Через неделю на снежном склоне был обнаружен необычайный след босой ступни. Закутаров срочно вылетел к месту находки. След был удивительно похож на его эскиз ступни снежного человека. Через день эта сенсация облетела весь мир.



советский юмор



Рассказики

Ожидание
Познакомились мы с ней на танцах и договорились встретиться в субботу в 7 часов у памятника Пушкину.
Но в субботу в это время по телевизору был футбол, и я никуда не пошел. Часов в десять я вышел на вечернюю прогулку и увидел, что она всё ещё стоит у памятника.
«Подождет, - думаю я, - и перестанет»
На следующий день я проезжал на троллейбусе мимо памятника. Она всё еще стояла.
Оказался я на площади Пушкина через неделю. Она стояла.
Месяц прошел – она стоит.
Подошел я к ней.
- Ну, чего ты здесь стоишь? – спрашиваю.
- А я, - говорит, - тебя жду.
- Так ведь я не приду.
- А я, - говорит, - всё равно буду ждать.
Решил я три раза в день к ней приходить, еду приносить: а то ведь с голоду помереть может. Стали мы разговаривать о том о сем. Привык я к ней.
Подошел как-то к памятнику, а её нет. Час прождал. Её нет. Всю ночь простоял. Не пришла.
Второй месяц стою. Хоть бы кто поесть принес!..

советский юмор


Подарки
Подарил мне на день рождения Трефилов пепельницу за десять рублей. «Как же так? – обиделся я. – Я ему на день рождения рубашку подарил за двадцать рублей, а он мне пепельницу за десять? Ну, ничего, я отыграюсь».
И отыгрался: подарил его жене на день рождения сарафан за семь рублей. А он мне подарил на день рождения насос за пять рублей. А я ему подарил сковородку за три рубля. А он мне кружку за один рубль. А я ему подарил десять лезвий за двадцать пять копеек. А он мне подарил спички за одну копейку.
Больше он меня на день рождения не приглашал.

советский юмор

Не повезло
Разбежался я, оттолкнулся и полетел, перебирая ногами. Измерил рулеткой длину прыжка и загрустил: новый мировой рекорд, и опять для женщин. Ну, почему я не родился женщиной? Как бы я теперь был знаменит! Я бы за это и белье стирал, и по магазинам бегал, и детей воспитывал... Не повезло мне.

советский юмор